Выборы в Киргизии: платить или не платить?


На днях было объявлено, что министры финансов России и Киргизии обменялись протоколами о списании всех долгов Бишкеку. Очередной российский бонус для наших постсоветских союзников составил 240 млн. долларов. Для понимания – это примерно треть годового бюджета такого региона, как например Тверская область. Много это или мало?И главное, что это – широкий жест или эффективный инструмент внешней политики?

Учитывая тот факт, что в октябре этого года в Киргизии пройдут президентские выборы, решение о списании долгов можно назвать предсказуемым. Как известно, в разгар украинского кризиса в декабре 2013 года подобный «аттракцион невиданной щедрости» облегчил российский бюджет на целых 3 млрд. долларов. Однако надежда, что кредит поможет сохранить стабильность соседнему государству, себя не оправдала. В результате вместо денег обратно Россия получила вынужденного бежать из страны президента Януковича. Всего же с 2000 года Российская Федерация простила своим партнерам более $140 млрд. Мы попросили экспертов дать оценку, насколько эффективным является инструмент списания суверенных долгов для достижения внешнеполитических целей. И не является ли подобный подход рудиментом для международных отношений, наподобие династических браков, которые тоже в некотором роде призваны были укрепить дружбу между народами.

По мнению Олега Иванова, политолога, руководителя Центра урегулирования социальных конфликтов: «Причины, по которым списываются долги другим государствам, различны, но в любом случае этот «аттракцион неслыханной щедрости» служит интересам, в первую очередь, страны-кредитора.

Во-первых, долги, как правило, списывают совсем в безнадежной ситуации, когда вероятности их возврата нет либо она стремится к нулю. При этом, «прощая» долги, Россия делает это не просто так, а взамен на какие-то политические и экономические договорённости и уступки со стороны должника.

Далее, Россия обычно предоставляет кредиты на покупку вооружения, продовольствия, либо на строительство каких-либо крупных промышленных или инфраструктурных объектов на территории должника. При этом ставится условие, чтобы вооружение и продовольствие покупалось у нашей страны, а строительством и дальнейшим обслуживанием крупных объектов занимались наши специалисты (с поставкой российского оборудования).

Таким образом обеспечивается, например, продажа за рубеж устаревшего оружия и техники, обновление продовольственных запасов из государственного резерва, обеспечение крупными заказами российских подрядчиков и занятость наших специалистов. Например, если говорить о вооружении, то деньги, выделенные Россией по кредитам в другие страны, напрямую поступают в российские предприятия военно-промышленного комплекса, которые загружаются заказами на обслуживание и модернизацию военной техники, а также на закупку расходных материалов к ней, например, боеприпасов. Так, Россия до сих пор получает заказы на модернизацию военной техники, проданной Советским Союзом другим странам в 70-х - 80-х годах прошлого века.

Так что, по сути, кредитные деньги никуда из России не уходят: они реинвестируются в экономику страны посредством стимулирования спроса государств-должников на нашу продукцию. Таким образом, через кредиты (даже безвозвратные) государство поддерживает реальный сектор российской экономики.

Что касается конкретно Кыргызстана, то одним из условий списания долга стало подписание договора о развитии военно-технического сотрудничества между странами и публичное признание важности нахождения в республике российской военной базы. Это существенное достижение, потому что Киргизия – это очень важная страна для нас с военно-стратегической и геополитической точки зрения.

Вместе с тем, я не считаю списание долгов эффективным средством привязки страны-должника к внешнеполитическому курсу России. Конечно, материальный аспект как способ привлечения других стран в сферу своего геополитического влияния может и должен присутствовать, но намного эффективнее направлять эти средства на долгосрочные перспективные проекты. В первую очередь, я имею в виду концепцию «мягкой силы», когда с помощью инвестиций в образование и культуру зарубежных стран создается позитивное отношение к стране-донору. Такие вложения, на мой взгляд, более оправданны, чем получение материальной выгоды, пусть и довольно существенной».

Приблизительно такой же точки зрения придерживается и еще один наш эксперт — политик Олег Сидоров. По его словам, «в современной внешней политике списание долгов нашим партнерам является не эффективным, не продуктивным механизмом. Определенный слой чиновников таким образом решают свои личные задачи за счет списания государственных долгов со стран партнеров. Страны, получившие такие преференции в части списания долга, естественно платят чиновникам, участвовавшим в этом коррупционном сговоре. От таких мер по списанию долгов со стран, которым мы давали взаймы, страдает только наша экономика. Внешняя политика с этими странами обычно не вполне понятна обществу, да и нет твердой уверенности, что эти партнеры поддержат нас в случае возникшей внешней опасности. На мой взгляд, надо усилить контроль за списанием долгов со стран, получившим от нас взаймы. Получается, что мы любим всех, кроме своих. Ведь наши граждане не получают таких привилегий от своего государства. Надо менять ситуацию, делать её более прозрачной, доступной, и учитывать мнение нашего народа. Государство должно быть для наших граждан, а не граждане для государства. Власть должна повернуться лицом к народу. Вот тогда и начнется изменение системных, управленческих процессов в России».


Недавние посты